— Чем тебя привлекает работа в и с медиа?
— Проверочным вопросом, почему интересно работать в СМИ, является вопрос: «Почему про них интересно писать». Начни анализировать, почему аудитория с интересом следит за медиабизнесом, вот и получишь аргументы «за». Медиа — один из самых динамичных рынков. Как и в информационных технологиях, здесь буквально каждые два-три года появляется новая сильная идея, бизнес-модель, технология, и все это вкупе с ускоряющейся сменой привычек потребителей буквально обновляет ландшафт.
Время, когда редакции только задумывались о сайте, когда делали форумы и радовались обратной связи с читателями по электронной почте, когда журналисты начинали заводить блоги, затем осваивали соцсети и авторский контент, делая читателей соавторами, а редакцию — собеседником, а не ментором, прошло. Сегодня онлайн представительства СМИ уже гораздо интереснее, чем их бумажные версии, а целой плеяде СМИ и вовсе не нужны физические носители. И все это произошло меньше, чем за 10 лет.
СМИ как бизнес-структура интересны еще и тем, что работают с очень сложным продуктом — медийным сообщением, которое должно обладать как всеми качествами классического FMCG, так еще и постоянно тестироваться по таким сложным критериям как «доверие», «честность», «попадание в нерв», «позиция» и пр.
А чем «чувствительнее» предмет, с которым обращаешься, тем выше должна быть и твоя точность. Условно говоря, это такая коробка с порошком Tide, в которой потребитель ожидает увидеть качества высокоорганизованного, нравственного и продвинутого члена общества. Как минимум, равного.
— А что в отрасли медиа не нравится?
Что не нравится: мне не нравится то, как СМИ приходится зарабатывать деньги. Мне не нравится эта странная модель, в которой потребителем продукта являются одни, а плательщиком — другие. Этот треугольник «медиа — читатель — рекламодатель» — очень утомительная и вредная штука. У меня такое ощущение, что именно она загоняет СМИ в ловушки. Это постоянный конфликт интересов. Мне кажется, было бы гораздо проще, если бы медиакомпании финансировали потребители. Правда ведь, довольно странно, если бы, скажем, хлебозавод раздавал батоны в магазине бесплатно, а деньги собирал бы, бегая по городу и уговаривая всякие посторонние фирмы поместить их рекламу на пластиковых пакетах, в которые упакован батон. Но именно так живет большинство СМИ на доминирующем интервале своей истории.
Поэтому мне так нравятся все примеры и истории, в которых устанавливается прямое взаимодействие между читателями и медиа, а также те немногочисленные примеры, когда медиа создают модели, в которых финансируются читателями.
Пока это единичные примеры. Но мне нравится тренд на снижение эффективности массированной медийной рекламы. Мне кажется, уже скоро этот, казалось бы, негативный фактор заставит нас изобрести медиа заново.
— Какие бы новые проекты (медиа и не очень) тебе были бы интересны? Какие проекты ты делаешь сейчас?
— Мне очень нравится онлайн. Думаю, бумага — это бутиковый продукт. Я люблю слово и не понимаю работу с картинкой и звуком. Мне очень нравятся истории. И я верю, что inspiration –— очень сильный наркотик, что доказывает значительный объем лояльной аудитории «Секрета Фирмы» и огромная армия фанатов журналов Wired, Fast Company и им подобным на Западе. Я люблю смыслы и не люблю информационную повестку в чистом виде. Особенно когда из информации она превращается в данные. Данных на свете много, я не вижу в них ценности без приложения к конкретной проблеме, повестке.
Я предпочитаю текст с уже содержащейся там интерпретацией. Собственно, с этой интерпретации я и начинаю читать заметки. Люблю, когда авторская идея находится сразу в заголовке или введении. И не люблю «новостные заголовки». Мне всегда кажется, что у автора фига в кармане: «Я знаю, что это значит, но не скажу» и показывает язык. А почему? Формат не позволяет. Я считаю это глупым. Я верю, что у людей есть потребность в потреблении идей, встраивании их в свой поток задач и создания каких-то собственных ценностей, смыслов, продуктов, действий.
Собственно, руководствуясь этими принципами, я и работаю. Пока меня за это никто не наказывал.
— Если бы ты мог с помощью волшебной палочки поменять российский медиарынок, что именно бы ты изменил, как и почему? Что-то бы добавил?
— Я бы поменял политическую систему.
— Какие профессиональные навыки и качества ты стремишься развивать в себе? Почему? В других? Почему?
— Мне кажется, у журналиста главное — некий особенный способ мышления. Тут почему-то вспоминается цитата из Шрека про то, что он многослойный, как лук. Вот это и есть, на мой взгляд, образ журналистского мышления: когда вроде бы ответы даны, задавать новый вопрос и вскрывать новый уровень в истории. Антиметафора — жук, который ползет по клубку ниток. Он думает, что совершает большой путь и скоро придет к финишу. На самом деле он наматывает круги по поверхности и никогда не доберется до сути, не попадет «внутрь». Мало того, даже не догадается об этом. Частенько этому нельзя научить. И способ мышления «жука, ползущего по клубку ниток» не корректируется, как скажем отсутствие музыкального слуха.
— Есть ли у тебя образцы для подражания? Книги, которые на тебя повлияли? Личности?
— Мне очень нравится предпринимательство и предприниматели. Как минимум, потому что это люди, которые создают. Возможно, это у меня рефлексия от тех миллионов строчек текста, которые я написал про то, как другие делают. А возможно, оттого, что я и сам такой, просто у меня затянулся подготовительный период. Соответственно, из людей мне интересна больше всего категория, которую на Западе обозначают как thinkers & doers. Как символ я запостил себе в блог вот эту карточку, которую снял в штаб-квартире HP в Пало Альто, она мне очень нравится http://www.terraidea.ru/thinkers-doers/
Надо сказать, что за 10 лет, что я обозреваю соответствующую поляну, надо признать активную деградацию, истончение этого слоя в России в силу известных причин. Это очень плохо стратегически и крайне печально по-человечески — я же с этим работаю.
Поэтому, говоря о личностях, мне интересны предприниматели и мыслители. Предприниматели — те, которые умеют думать. Мыслители — те, чьими идеями кормятся «дуеры». Собственно, на мой взгляд, это и есть критерий ценности визионера — «покупают» ли тебя и твои идеи те, кто несут груз созидания и развития.
Ну а персонально — этот список чудовищно длинен, так как в большинстве своем мне люди нравятся. Что касается книг, то к ним применимы точно те критерии, что и к людям.
